Макаренко А

# Макаренко А.П.

Макаренко А.П. Кооперативное движение в условиях капитализма / А.П. Макаренко, А.И. Крашенинников, А.В. Кизилевич и др.// Теория кооперации: Учебник.- М., 1982.- С.181-203

КООПЕРАТИВНОЕ ДВИЖЕНИЕ В УСЛОВИЯХ КАПИТАЛИЗМА

История кооперативного движения капиталистических стран делится на два основных этапа. Первый охватывает период с конца XVIII до конца XIX и в целом соответствует стадии домонополистического капитализма. Второй — начало XX в. по настоящее время — относится к периоду утверждения и развития в капиталистических странах государственно-монополистического капитализма.

На протяжении этих двух этапов на масштабы и темпы роста кооперации, ее социальную и организационную структуру, пути и методы хозяйственной и общественной деятельности определяющее влияние оказывали:

концентрация капитала и производства в промышленности и сельском хозяйстве;

количественный рост рабочего класса и ускорение темпов пролетаризации мелких собственников в городе и деревне;

конкурентная борьба кооперативных предприятий с частными и акционерными компаниями, монополистическими объединениями, а также между самими кооперативами;

различия по социальному составу и классовым интересам членов кооперативов;

отношение буржуазного государства к кооперативам;

характер связей кооперативов с политическими партиями и религиозными организациями;

деятельность кооперации Советского Союза и других социалистических стран после победы Октябрьской революции и образования мировой социалистической системы хозяйства.

§ 1. Кооперация в условиях домонополистического капитализма

Свободная конкуренция и кооперация. Развитие домонополистического капитализма продолжалось до конца XIX в. В этот период в экономических отношениях капиталистических стран преобладала свободная конкуренция. В последней четверти XX в. монополии получили сравнительно высокое развитие, но еще не заняли командных высот в экономике.

В условиях свободной конкуренции кооперативное движение развивалось в основном стихийно. Повсюду шел поиск и проверка различных методов и форм коллективной хозяйственной деятельности трудящихся, объединенных в кооперативы.

В начале первого этапа ремесленники и рабочие в Англии и Франции пытались создавать кооперативные мастерские и фабрики. Затем по мере роста пролетариата и после многократных неудач в организации кооперативного производства рабочие стали уделять больше внимания потребительской кооперации. Так в 20—80-е годы XIX в. в результате усилий нескольких поколений трудящихся разных стран были выработаны основные организационные и экономические принципы кооперативной деятельности, которые ускорили впоследствии формирование массового кооперативного движения.

В конце XIX в. быстро расширялась основная социальная база кооперативного движения — рабочий класс. Его численность стремительно увеличивалась по мере роста промышленного производства, создания крупных предприятий черной металлургии, машиностроения, химической промышленности, строительства железных дорог и телеграфных линий. К концу XIX в. в Австро-Венгрии, Англии, Бельгии, Германии, Италии, России, США и Франции армия промышленного пролетариата насчитывала уже около 49 млн. человек.

Одновременно в связи с ускорением концентрации производства, научно-технического прогресса и ростом сферы обслуживания в структуре населения крупных европейских стран быстро увеличивалась прослойка конторских, торговых и технических служащих.

Еще в конце XIX в. Ф. Энгельс обращал внимание и на то, что дела акционерных компаний «ведут за них наемные лица — служащие, положение которых в сущности одинаково с положением привилегированных, лучше оплачиваемых рабочих» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 19, с. 297.). Он назвал их «пролетариатом умственного труда».

Характерной особенностью первого этапа явилось расширение социальной базы кооперативного движения. Потребительские кооперативы стали организовывать служащие, мелкие чиновники, младший, низкооплачиваемый состав армии и полиции. Так, представители средних городских слоев использовали рожденную пролетариатом форму экономической борьбы для улучшения своего материального и социального положения.

К основным причинам такого явления можно отнести усиление гнета крупного, промышленного, торгового и финансового капитала по отношению к средним городским слоям, а также хозяйственные успехи рабочих потребительских кооперативов, законодательное признание кооперативной деятельности буржуазным государством, пропагандистскую и организаторскую деятельность прогрессивной интеллигенции и либеральной буржуазии.

На первом этапе развития потребительские кооперативы средних городских слоев, как правило, имели закрытое членство, разрешали вносить неограниченное число паев, отчисляли высокий процент на паевой капитал, устанавливали недоступные для рабочих вступительные и паевые взносы. В таких кооперативах царил меркантильный дух погони за дивидендами. Относительно широкое распространение потребительские кооперативы средних городских слоев получили в странах с более поздним развитием капитализма: Австро-Венгрии, России, а также Германии.

Одновременно в 60—90-х годах XIX в. капиталисты под давлением рабочего движения постепенно отказывались от открытой борьбы против рабочих потребительских кооперативов и переходили к политике использования их в своих интересах.

Капиталисты стали выступать инициаторами создания на своих фабриках и заводах потребительских обществ из рабочих и служащих, предоставлять кооперативам на льготных условиях кредиты, помещения, насаждать послушное своей воле руководство, как правило, из управляющих своих предприятий. Подобными действиями промышленный капитал пытался ослабить рабочее движение, пропагандировать оппортунистические идеи классового мира и заодно уменьшить в свою пользу эксплуатацию рабочего класса торговым капиталом.

Тем не менее зависимые от капитала и смешанные по социальному составу потребительские кооперативы не получили широкого распространения в странах Западной Европы. Объясняется это достигнутой в последней четверти XIX в. определенной зрелостью рабочего движения и отсутствием единства среди буржуазии в политике по отношению к кооперации рабочего класса. Во многих странах и особенно во Франции, Германии, Швейцарии промышленные капиталисты в большинстве случаев вставали на сторону торгового капитала в его борьбе против рабочих потребительских кооперативов.

В 80—90-е годы наряду с потребительской кооперацией в таких странах, как Германия, Франция, Россия, Италия, Швейцария заметно ускорилось создание сельскохозяйственных кредитных, сбытовых и сбыто - снабженческих кооперативов. Среди них уже встречались кооперативные общества, которые организовывали первичную переработку сельскохозяйственной продукции, сыроварение, маслоделие, производство крахмала, спирта, вина.

Основную массу членов сельскохозяйственных кооперативов составляли крестьяне среднего достатка, но ведущая роль в руководстве и хозяйственной деятельности принадлежала богатым сельским хозяевам, либеральным помещикам и представителям католической и других церквей.

К концу первого этапа в Англии, Франции, Германии и других странах возникли национальные союзы потребительских, кредитных и производственных кооперативов, центральные оптовые общества, кооперативные банки, страховые и другие кооперативные учреждения.

Сложились два основных способа управления кооперативом и контроля за деятельностью его руководства и наемного персонала: английский и немецкий. Органы управления английских кооперативов состояли из общего собрания и правления, в немецких же еще избирался и наблюдательный совет (ревизионная комиссия), который контролировал работу правления, проверял отчеты и сметы расходов. Кроме того, немецкие кооператоры создали на областном уровне ревизионные союзы, которые проверяли отчетность обществ, входящих в союз, помогали им инструкциями и советами по конкретным вопросам хозяйственной деятельности.

В то же время к концу первого этапа кооперативное движение в целом еще оставалось незначительным как по количеству участников, так и по масштабам хозяйственной деятельности. Наиболее развитой была английская потребительская кооперация, объединявшая в 1890 г 1 млн. 54 тыс. членов. В Германии в том же году потребительские кооперативы объединяли 215 тыс. членов, во Франции — 250 тыс., в России — около 60 тыс. членов.

Английская потребительская кооперация достигла также наиболее заметных успехов в хозяйственной деятельности. Английские кооператоры первыми стали вводить в строй крупные универсальные магазины с широким ассортиментом товаров. В результате члены кооперативов стали производить большинство своих покупок в кооперативных торговых предприятиях, что ускорило рост кооперативного розничного товарооборота.

Стремясь ослабить свою зависимость от поставщиков, частных предприятий и оптовых фирм, английские кооператоры первыми в Европе вступили на путь организации кооперативов оптовой торговли и собственного производства товаров широкого потребления. В 1864 г начало операции Английское общество оптовых закупок, а в 1868 г.— Шотландское оптовое общество. В 1894 г Общество оптовых закупок было создано в Германии, в 1896 г.— в Швейцарии, в 1899 г.— в Бельгии.

Кооперативные оптовые общества не только улучшили финансовую устойчивость потребительских кооперативов, но наряду с национальными союзами проводили широкую агитационно-пропагандистскую работу, издавали кооперативные журналы, учебно-методические пособия, рекламные материалы.

Накопив значительные денежные средства, оптовые общества начали строить собственные предприятия: мукомольные мельницы, механизированные пекарни, фабрики по производству кондитерских изделий, джемов, колбасных изделий, пива и безалкогольных напитков, швейные и сапожные мастерские, мыловаренные заводы, типографии и т. д.

Расширение кооперативной хозяйственной деятельности привело к обострению конкурентной борьбы с частным капиталом. В 80—90-х годах XIX в. в Англии, Германии и других странах торговые капиталисты стали создавать союзы для борьбы с потребительской кооперацией. В Германии частные торговцы добились включения в кооперативный закон от 1889 г. запрета продавать товары не членам кооперативов и введения местных дополнительных налогов на прибыли потребительских кооперативов. В Швейцарии в 1895 г. владельцы частных обувных фабрик под нажимом торговцев отказались продавать обувь потребительским кооперативам. В Англии в 1896 г. крупные торговцы и предприниматели начали массовые увольнения своих рабочих и служащих — членов потребительских коопераций.

Положение осложнялось тем, что в самом кооперативном движении возникли противоречия между отдельными видами кооперативов. Потребительские общества, например, были заинтересованы в наиболее дешевых оптовых закупках продуктов сельского хозяйства, а сбыто-снабженческие кооперативы крестьян — в более высоких отпускных ценах на свою продукцию. Эти различия в интересах становились все более заметными по мере развития сельскохозяйственной кооперации.

Уже в конце первого этапа в Англии, Германии и других странах сельскохозяйственные кооперативы все чаще отказывались от сотрудничества с оптовыми обществами потребительских кооперативов и сбывали свою продукцию частным оптовым фирмам.

По мере становления крупного производства и торговли в рамках потребительской кооперации назревали противоречия между потребительскими кооперативами рабочих и кредитными и производственными кооперативами мелких торговцев и ремесленников.

В наиболее резкой форме эти противоречия проявились в Германии. Многочисленные немецкие лавочники и ремесленники с помощью кредитных и производственных кооперативов вели ожесточенную борьбу за существование с крупным торговым и промышленным капиталом. Пока потребительские кооперативы были слабы и имели такие же лавки, как и мелкие торговцы, они не угрожали последним. Но как только потребительские общества стали строить более рентабельные крупные универсальные магазины и развивать свое крупное современное производство продуктов питания и товаров широкого потребления, они превратились в опасных конкурентов для мелких торговцев и ремесленников, которые пытались сохранить мелкую торговлю и промышленность с помощью кредита.

В результате кредитные кооперативы в Германии уже в 90-х годах XIX в. нередко оказывали поддержку союзам частных торговцев в их борьбе против потребительской кооперации рабочего класса.

В конце первого этапа обозначились противоречия также между наемными рабочими и служащими кооперативных предприятий и их коллективными владельцами-кооперативами. Хотя на многих кооперативных фабриках Бельгии, Англии, Германии условия труда были легче, чем на частных, жесткие законы капиталистической конкуренции нередко побуждали руководителей отдельных кооперативов усиливать эксплуатацию наемного персонала. В таких случаях рабочие, защищая свои права, прибегали к испытанному оружию — забастовке. Одна из первых забастовок на кооперативных предприятиях, принадлежащих потребительской кооперации Англии, произошла в 1881 г. на обувной фабрике Английского оптового общества в г. Лейчестере.

В конце первого этапа рабочие и служащие кооперативных торговых и промышленных предприятий стали повсеместно организовывать профсоюзы, которые настойчиво добивались от руководства кооперативных союзов установления минимального размера заработной платы, восьмичасового рабочего дня и удовлетворения других требований. В Англии Объединенный союз кооперативных служащих возник в 1895 г.

Еще ранее, в 1883 г., наиболее прогрессивные участницы кооперативного движения Англии создали Английскую женскую кооперативную гильдию, которая наряду с культурно-воспитательной деятельностью энергично выступала в защиту интересов работниц и служащих как кооперативных предприятий и учреждений, так и частных. В 1892 г. была организована Шотландская женская кооперативная гильдия. Впоследствии женские гильдии, комитеты или советы образовались при кооперативных национальных союзах других стран.

К концу первого этапа все более заметное влияние на развитие кооперативного движения стали оказывать центральные национальные союзы. Постепенно от эпизодических лекций и докладов они приступили к планомерной подготовке кадров кооперативных служащих, к организации различных курсов, школ, библиотек, клубов. Комитеты или отделы кооперативного образования разрабатывали и рассылали по кооперативным организациям учебные планы и пособия, издавали газеты, журналы, книги, организовывали музыкальные, хоровые и туристические общества. Так складывалась разнообразная кооперативная социальная деятельность и ее важная часть — система кооперативного образования.

В целом кооперативное движение на первом этапе развивалось в обстановке враждебного отношения к нему буржуазного государства. Как показано в гл I, законодательная и налоговая политика в Англии, Франции, Германии и других странах тормозила кооперативное строительство. Однако благодаря настойчивым усилиям кооператоры добились к концу XIX в. более или менее нормальных правовых условий для своей хозяйственной деятельности. Во многих странах кооперативы получили право юридических лиц и возможность действовать с ограниченной ответственностью.

Но по-прежнему оставались в силе антидемократические законодательные акты, которые ограничивали социальную активность кооперации.

Так, например, в Германии кооперативный закон от 1889 г. прямо запрещал кооперативам заниматься политической деятельностью.

К концу первого этапа ясно обозначилась и политическая ориентация кооперативного движения в различных странах. В Бельгии, и в значительной мере во Франции и Голландии, большинство потребительских кооперативов рабочего класса установило программные и организационные связи с социалистическими партиями.

В Германии, Австрии, Италии и других странах многие пролетарские кооперативы также поддерживали тесные контакты с социалистическими и социал-демократическими партиями, хотя руководители отдельных кооперативных организаций этих стран заявляли о своей автономии.

Однако в Англии и отчасти во Франции руководство кооперативным движением придерживалось нейтральной позиции в отношении политических партий. На практике это выливалось в косвенную, а часто и в прямую поддержку буржуазных партий. Но подъем рабочего движения в конце XIX в. отразился и на деятельности английских потребительских обществ. Они стали оказывать все большую материальную помощь бастовавшим рабочим, активизировали просветительную деятельность.

Сближение кооперативного движения с социалистическим стимулировало рост кооперации. Во-первых, в периоды реакции кооперативы значительно расширяли свои ряды за счет подвергавшихся преследованиям революционно настроенных рабочих и интеллигентов — членов запрещенных рабочих организаций. Во-вторых, многие социалисты защищали интересы кооперации в парламентах. Они добивались улучшения кооперативного законодательства, выступали против нападок буржуазных партий на кооперацию.

Вместе с тем уже к концу первого этапа значительная часть кооперативного движения оказалась под влиянием либеральной буржуазии и клерикалов, которые с целью раскола рабочего движения оказывали даже некоторую материальную помощь зависимым от них кооперативам.

Итак, на первом этапе кооперативное движение получило заметное распространение в Европе и Северной Америке. Число его участников к концу XIX в. превысило 2 млн. человек.

В социальном составе кооперативного движения преобладал рабочий класс, а потребительские кооперативы — среди других видов кооперации.

Главным результатом первого этапа явилось создание организационной структуры кооперативного движения на национальном и международном уровнях. Национальные кооперативные союзы и оптовые общества постепенно превращались в центры, направлявшие и регулировавшие общественную и хозяйственную деятельность кооперативов различных видов.

К концу первого этапа кооперативы добились законодательного признания, установили тесные связи с профсоюзами и политическими партиями.

В экономическом плане кооперативы показали возможность эффективного хозяйствования на коллективных, демократических началах. В социальном — кооперативы доказали способность трудящихся создавать крупные современные торговые и промышленные предприятия и успешно управлять ими без участия капиталистов. В политическом плане кооперативное движение превращалось в важный резерв социалистического рабочего движения.

Наиболее ярко проявились социальные и экономические особенности кооперативного движения на втором этапе его развития.

§ 2. Кооперативное движение на стадии государственно-монополистического капитализма

Процесс развития домонополистического капитализма завершился в основном в конце XIX в. К этому времени монополии приобрели решающее значение в хозяйственной жизни ведущих капиталистических стран. Но одновременно между ними обострилась конкурентная борьба, породившая серьезные диспропорции в развитии отдельных отраслей капиталистического хозяйства. Механизм частнокапиталистического предпринимательства уже не справлялся с экономическими и социальными противоречиями, которые появились в результате бесконтрольного хозяйничанья мощных картелей, синдикатов, трестов и концернов. Чтобы сохранить и укрепить капиталистический строй, необходимо было регулировать капиталистическую экономику из одного центра — государства.

Особенно резко возрастала эта необходимость во время экономических кризисов и войн. Буржуазное государство, с одной стороны, стало наращивать мощь «своих» государственных монополий, особенно в военной промышленности, а с другой — все активней вмешиваться в процесс капиталистического воспроизводства.

Так, постепенно, в XX в. монополистический капитализм стал перерастать в государственно-монополистический.

Сущность государственно-монополистического капитализма была впервые раскрыта В. И. Лениным, ему принадлежит и название этого явления. В 1917 г. В. И. Ленин отмечал: «Концентрация и интернационализация капитала гигантски растет. Монополистический капитализм переходит в государственно-монополистический капитализм, общественное регулирование производства и распределения, в силу давления обстоятельств, вводится в ряде стран...» (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 31, с. 443.).

Ускорение и развитие крупного капиталистического производства сопровождалось увеличением армии наемного труда — главной социальной базы потребительской кооперации. В конце первого десятилетия XX в. численность пролетариата в семи ведущих странах Европы (Австро-Венгрии, Англии, Бельгии, Германии, Италии, России, Франции) и США составляла около 90 млн. человек. Правда, доля пролетариата в составе самодеятельного населения каждой страны была различной: в России — 1/4, во Франции, Австро-Венгрии, Италии — 1/3. в Бельгии и Германии — более 1/2, в Англии и США — примерно 2/3.

Таким образом, в Англии, Бельгии, Германии и США промышленные и сельскохозяйственные рабочие составляли уже большинство самодеятельного населения. Однако условия их жизни и труда улучшались очень медленно в целом оставались по-прежнему тяжелыми. Средняя продолжительность рабочей недели в Европе была 60 ч, США — 54 ч, с каждым годом усиливалась интенсификация труда. Вследствие роста государственного аппарата усиления милитаризма неуклонно росли цены на жилье, поднимался удельный вес транспортных расходов, увеличивались налоги.

Все большая концентрация рабочих в городах и в крупном производстве сопровождалась появлением новых Потребностей и привычек не только в отношении питания, но и одежды, жилищных условий, духовных интересов (например, чтение газет и т. п.). Но несмотря на то, что реальная заработная плата несколько выросла за последнее десятилетие XIX в. и первое десятилетие XX в., почти весь свой заработок рабочие семьи по-прежнему расходовали на самое необходимое — питание, одежду, жилье, отопление и освещение. Потребности социального, культурного характера фактически могли удовлетворяться лишь за счет этих неотъемлемых статей семейного бюджета.

Низкий в целом уровень жизни диктовал наемным рабочим такой тип потребления, такую его структуру, которые радикальным образом отличались от типа и структуры потребления средних и высших классов.

Обездоленность и социальная несправедливость оставались, как и прежде, главным побудительным мотивом напряженной экономической и политической классовой борьбы пролетариата против монополистического капитала. В то же время концентрация все большего числа рабочих на крупных предприятиях расширяла возможности этой борьбы, ускоряла рост рабочих организаций и в том числе потребительских кооперативов. Уже в первые два десятилетия XX в. членская база кооперативного движения увеличилась в несколько раз. Ниже приведена численность членов потребительской кооперации (в тыс. человек):

Годы Англия Германия Италия Россия Франция

1902 1983 630 282 160 455

1914 3055 1790 500 1300 876

Всего к началу первой мировой войны кооперативное движение в 23 странах Европы, Азии, Латинской и Северной Америки насчитывало около 20 млн. участников. Большинство из них были членами потребительских (кооперативов, в социальном составе которых преобладали фабрично-заводские рабочие. Так, в 1914 г в Англии рабочие составляли 95% членства потребительских кооперативов, в Германии — 82, во Франции — приблизительно 70%. Исключение составляли такие страны, как Дания, где потребительская кооперация объединяла в основном крестьян, и Россия, где большинство членов потребительских кооперативов принадлежало к средним городским слоям.

В целом в начале второго этапа около 60% участников кооперативного движения составляли промышленные и сельскохозяйственные рабочие, остальные 40% — крестьяне, служащие, кустари, ремесленники, лица свободных профессий.

Массовый характер кооперативного движения способствовал расширению кооперативного сектора в экономике капиталистических стран. В 1914 г услугами кооперативных магазинов, предприятий общественного питания, ремонтных и строительных предприятий пользовались в Англии — 29% населения, в Швейцарии — около 30, в Дании — около 25 городского и 50% сельского населения.

Ведущее место в кооперативной хозяйственной деятельности занимала торговля. Руководствуясь социальными и коммерческими интересами (выше товарооборот — выше прибыль), кооперативы стремились к максимальному охвату торговым обслуживанием своих членов. В начале второго этапа наиболее крупных успехов в торговой деятельности достигли английские кооператоры. В 1914 г. среднегодовая сумма покупок английского кооператора в кооперативных магазинах достигла половины его среднегодового заработка. Значительную часть потребностей своих членов в продуктах питания и товарах широкого потребления удовлетворяли крупные немецкие рабочие потребительские кооперативы, такие, как «Продукцией» в Гамбурге, «Вперед» в Дрездене и др. Однако в целом возможности роста кооперативного товарооборота ограничивались по существу той частью бюджета кооператоров — рабочих и служащих, которую они расходовали на приобретение продовольственных и промышленных товаров. Эта часть бюджета в силу постоянного давления капитала на трудящихся, безработицу и других причин увеличивалась крайне медленно и незначительно, а в годы кризисов и застоя в производстве резко снижалась. В то же время доля расходов на жилье, транспорт, отопление, освещение и налоги неуклонно увеличивалась, но поглощались эти средства частными фирмами и государственными учреждениями и компаниями. Не случайно уже в начале второго этапа во многих английских, бельгийских, немецких и других кооперативах наметилось замедление темпов роста кооперативного товарооборота и сокращение дивиденда, выплачиваемого на закупки товаров.

Определенный резерв расширения кооперативной торговли представляла продажа товаров не членам, но доля их закупок была повсеместно невелика. Было ясно, что только постоянное увеличение членской базы и расширение кооперативного производства и сферы услуг могут обеспечить конкурентоспособность кооперативной торговли и достаточно высокие темпы ее развития. Поэтому в первые два десятилетия XX в. потребительские кооперативы, их союзы и оптовые общества в еще больших масштабах, чем прежде, вели энергичную кампанию по кооперированию трудящихся и вкладывали все больше средств в развитие оптовой торговли, производство продуктов питания, одежды, обуви, хозяйственных товаров, строительство жилых домов и ремонтных мастерских.

В начале второго этапа конкуренция между кооперативными и частными хозяйственными предприятиями резко обострилась. Кооперация столкнулась с новым противником — крупным торговым капиталом, который строил механизированные (Оптовые склады, универсальные магазины, создавал многолавочные фирмы, объединявшие сотни розничных предприятий в одном или нескольких городах. Крупная капиталистическая оптовая и розничная торговля опиралась на поддержку финансового и промышленного капитала. Она была намного конкурентоспособней мелкого лавочника — традиционного противника кооперации.

В начале XX в. организации предпринимателей, торговцев и домовладельцев в Англии, Германии и других странах все чаще прибегали к тактике бойкота кооперативных хозяйственных предприятий и преследованию кооператоров. Фабриканты увольняли рабочих - кооператоров, а домовладельцы выселяли их из частных квартир. В 1902 г. английский Кооперативный союз учредил Комитет кооперативной защиты для помощи безработным и бездомным кооператорам.

Многие английские потребительские общества, чтобы ослабить зависимость своих членов от частных домовладельцев, значительно увеличили свои вклады в жилищное строительство. Потребительские кооперативы либо организовывали кредитно - жилищные товарищества, которые выдавали своим членам ссуды на постройку одноквартирных домов, либо сами строили жилые дома и продавали их своим членам с рассрочкой платежа или сдавали в наем. Постройкой домов занимались специальные жилищно - строительные отделы потребительских обществ. К 1908 г около 50 тыс. английских кооператоров получили индивидуальные дома. Однако их владельцами стали в основном высокооплачиваемые рабочие, представители «рабочей аристократии». Рядовые пролетарии могли лишь снимать квартиры в кооперативных домах.

Обострение экономической борьбы с монополистическим капиталом ускорило процесс концентрации кооперативной хозяйственной деятельности и структурные изменения в кооперативном движении. В начале XX в. ускорился процесс слияния мелких и средних кооперативов в крупные общества. В Англии, например, в 1889 г в среднем на потребительское общество приходилось 650 членов, а в 1914 г. — 2200. В Германии появились отдельные кооперативы, которые объединяли по 50 и более тысяч членов. Национальные кооперативные союзы поощряли укрупнение кооперативов. Дело в том, что когда в одном городе или городском районе действовало несколько десятков небольших кооперативов, то они конкурировали не только с частным сектором, но и между собой, ослабляя тем самым кооперативное движение в целом.

Поэтому политика национальных кооперативных союзов была направлена на то, чтобы превратить небольшие экономически слабые кооперативы в отделения крупного конкурентоспособного кооперативного общества.

Процесс укрупнения кооперативов сопровождался концентрацией их хозяйственной деятельности. Английские, немецкие и другие кооперативы строили крупные механизированные хлебопекарни, мясокомбинаты, кондитерские фабрики, универмаги. Например, кооперативная чаеразвесочная фабрика в Лондоне была в начале XX в. крупнейшим в мире предприятием этого рода, а английская кооперативная обувная фабрика в городе Лейстере — крупнейшей в Европе.

В 1910 г. потребительская кооперация Шотландии продавала в своих магазинах около 1/3 товаров собственного производства.

В начале XX в. в ведущих капиталистических странах потребительские кооперативы попытались организовать на купленных землях животноводческие фермы и производство овощей и фруктов. Несмотря на отдельные удачные примеры, в целом предпринимательство в сельском хозяйстве потребительской кооперации не получило широкого развития, поскольку требовало больших капиталовложений.

Наиболее быстро концентрация кооперативного капитала происходила в оптовой торговле. За два неполных десятилетия XX в. кооперативные оптовые центры Англии, Германии и других стран увеличили объем своих операций в несколько раз. Они создали сеть закупочных агентств внутри своих стран и за границей, занялись страхованием и финансовой деятельностью.

В условиях обострившейся конкуренции с монополистическими объединениями кооперативы начали принимать и организационные меры для укрепления своего финансового положения. Многие английские, бельгийские, немецкие потребительские кооперативы сокращали дивиденды или начисляли их на паевые взносы, включали в уставы положения, обязывающие членов делать закупки на определенную сумму в кооперативных магазинах, и другие экономические обязательства.

Однако в целом в начале второго этапа кооперативный сектор был совершенно незначительным в капиталистической экономике. В 1914 г. доля кооперативного товарооборота в общем товарообороте ведущих капиталистических стран не превышала 1—2%, объем кооперативного производства был и того меньше, а число рабочих и служащих, занятых на кооперативных предприятиях, в сотни раз было меньше, чем на частных. В 1914 г. в Англии, например, из более 9 млн. пролетариев в кооперации трудились около 63 тыс. рабочих и служащих.

При таком соотношении сил большое значение для кооперативного движения имела поддержка различных общественных организаций, политических партий, и прежде всего профсоюзов.

В начале второго этапа в ведущих капиталистических странах значительно расширилось профсоюзно-кооперативное сотрудничество. Профсоюзы оказывали моральную и финансовую поддержку потребительской кооперации, особенно на стадии организации новых обществ или и строительстве крупных хозяйственных объектов. Кооперативы, в свою очередь, помогали бастующим рабочим, отпуская им в кредит или бесплатно продукты питания па период стачки. Во время крупных забастовок в помощь бастующим включались национальные кооперативные центры. Так, в 1912 г. Английское оптовое общество предоставило в распоряжение бастующих горняков Нортемберленда 70 тыс. ф. ст. В том же году оно открыло кредит рабочим, прекратившим работу на хлопчатобумажных фабриках Ланкашира, а в 1913 г. во время длившейся несколько месяцев стачки портовых рабочих Дублина Английское оптовое общество отправило в кредит бастующим ирландским рабочим несколько пароходов с продуктами питания и товарами первой необходимости.

В Германии, Бельгии, Франции и других странах потребительские кооперативы нередко отказывались покупать товары, производимые на частных предприятиях, владельцы которых игнорировали профсоюзы и их тарифы. В Германии решения о бойкоте таких капиталистических фирм принимались на съездах Центрального союза потребительских кооперативов.

Целям укрепления кооперативного движения отвечало совершенствование организационной структуры кооперативов и их союзов. В начале XX в. в Кооперативном союзе Англии были созданы Парламентский комитет, который разрабатывал предложения по улучшению кооперативного законодательства и налогообложения, Объединенный кооперативно-профсоюзный комитет, который, в частности, занимался урегулированием трудовых споров на кооперативных предприятиях.

В Германии в начале XX в. в крупных многолавочных кооперативах постепенно сформировался институт уполномоченных, Собрание уполномоченных (наряду с правлением и ревизионной комиссией) стало практически органом управления крупного потребительского общества. Оно позволяло оперативней и эффективней разрабатывать и осуществлять хозяйственную политику в крупных кооперативах, объединявших десятки тысяч членов.

В начале второго этапа под влиянием роста монополий в сельскохозяйственном машиностроении, ввоза в Европу дешевых сельскохозяйственных продуктов из США и Канады и по другим причинам ускорилось развитие сельскохозяйственной сбыто-снабженческой кооперации в Скандинавских странах, Швейцарии, Италии, Германии.

Уже в конце первого этапа развития кооперативного движения возникли различия в интересах между сельскохозяйственными и потребительскими кооперативами, обусловленные их разным социальным составом. На втором этапе в отдельных странах, например в Швейцарии, эти различия приняли форму открытых конфликтов, которые вошли в историю кооперативного движения под названием «кооперативных войн». Самой длительной была «молочная война», разразившаяся в 1913 г. в Швейцарии, когда Союз молочных кооперативов повысил цену им молоко, а Базельское потребительское общество — основной покупатель этого продукта — отказалось пла-М1П) по новой цене. В ответ на это вся швейцарская сельскохозяйственная кооперация и частные торговцы
объявили бойкот потребительской кооперации г.Базеля.
Состоятельные фермеры, которые преобладали в социальном составе сельскохозяйственной кооперации Швейцарии, не захотели считаться с интересами городских рабочих масс, объединенных в потребительские кооперативы.

Однако возраставшая угроза со стороны монополистического промышленного и финансового капитала побуждала различные виды кооперации находить пути к преодолению внутренних противоречий. Например, в Италии сельскохозяйственные кооперативы объединяли малоземельных и безземельных крестьян — арендаторов и батраков, заинтересованных в гарантированном сбыте своей товарной продукции через заготовительную и торговую сеть потребительской кооперации; между последней и многими сельскохозяйственными кооперативами сложились отношения тесного сотрудничества. Эти дружественные отношения были закреплены организационно вступлением части сельскохозяйственных кооперативов в союз потребительской кооперации — Национальную лигу кооперативов Италии.

Первая мировая война, развязанная империалистами, резко изменила условия деятельности кооперативных организаций. Переключение основных отраслей народного хозяйства на военные нужды, сокращение производства сельскохозяйственной продукции и нарушение традиционных экономических связей вызвали острую нехватку продовольствия и предметов первой необходимости во всех воюющих странах. В этих условиях буржуазия этих стран
была вынуждена прибегнуть к распределению по карточкам основных продовольственных и непродовольственных товаров через сеть частной и кооперативной торговли.

Однако нормы потребления, установленные буржуазией в воюющих странах, обеспечивали лишь полуголодное существование. Дороговизна продолжала расти. Уже в 1915 г. недоедание среди трудящихся стало общераспространенным явлением.

В экстремальных условиях военного времени потребительские кооперативы быстро увеличивали свои ряды. В Англии число членов потребительской кооперации выросло с 1914 по 1920 г. с 3 млн. до 4,5 млн. человек, в Германии — с 1,7 млн. до 2,3 млн., во Франции с 876 тыс. до 2,7 млн., в России с 1,6 млн. до 11,5 млн. человек (в 1917 г.).

Война ускорила процесс укрупнения кооперативных обществ и централизации управления кооперацией. Появились кооперативы гиганты, например «Лондонское потребительское общество» (более 100 тыс. членов), Московский центральный рабочий кооператив (около 130 тыс. членов) и др.

Значительное увеличение членской базы обусловило некоторое увеличение хозяйственной деятельности потребительской кооперации во Франции, России и особенно в Англии, где продовольственный кризис ощущался слабее, чем в других воюющих странах. В Германии же реальный оборот кооперативной торговли и выпуск собственной продукции сократились ввиду острой нехватки сырья и более жесткого правительственного регулирования хозяйственной деятельности потребительской кооперации.

В целом кооперативный сектор экономики капиталистических стран оказался в значительной мере подорванным империалистической войной, инфляцией, нехваткой сырья, капиталов, мобилизацией лучших кооперативных специалистов в армию, разрушением кооперативных предприятий в зоне военных действий. Все это привело к тому, что после войны уже к концу 1920 года, когда разразился мировой экономический кризис, кооперация в ведущих капиталистических странах и в том числе в Англии резко сократила объемы своей хозяйственной деятельности.

Нехватка сырья и высокие цены на него вынуждали английских кооператоров свертывать производство продуктов питания. Многие рабочие и служащие кооперативных предприятий пополняли ряды безработных. В Англии и других капиталистических странах усилилась конкуренция, ожесточилась государственная налоговая политика, в Италии фашисты открыто приступили к ликвидации кооперативного движения. Повсюду кооперативные предприятия несли огромные убытки от инфляции. Тяжелые испытания переживали в начале 20-х годов потребительские кооперативы в Германии, Бельгии, Франции и других странах.

В этих условиях существенное значение для кооперации трудящихся западных стран имело установление экономических и дружественных связей с советской потребительской кооперацией. Советские кооператоры, обменивая крайне необходимое для собственных нужд сырье на промышленные товары, укрепляли позиции западных кооператоров в их борьбе с монополистическим капиталом.

В 30—40-х годах нашего века, несмотря на огромные трудности (мировой экономический кризис отбросил кооперативный сектор экономики на несколько лет назад, были ликвидированы крупные кооперативные организации и фашистской Германии, Испании и Австрии), кооперативное движение продолжало развиваться.

Значительно ускорилось в эти годы создание сельскохозяйственных сбыто-снабженческих и кредитных кооперативов.

Многочисленные слои мелких земледельцев стремились с помощью кооперативов спасти свое неустойчивое хозяйство от разорения. Однако в предвоенные годы потребительская кооперация еще опережала другие виды кооперации как по количеству членов, так и масштабам хозяйственной деятельности. Накануне второй мировой войны кооперативное движение капиталистических стран объединяло около 58 млн. членов.

Вторая мировая война, развязанная фашистской Германией, нанесла огромный ущерб кооперативному движению. Была в значительной мере разрушена материально-техническая база кооперации. Кооперативные организации лишились многих тысяч специалистов. В военный период потребительская кооперация была использована для нормирования снабжения, поэтому число ее членов и Англии, скандинавских странах и Швейцарии продолжало расти.

В 1948 г. кооперативное движение капиталистических стран объединяло в своих рядах приблизительно 80 млн. членов, а в 1980 г. в 16 европейских капиталистических странах, США, Канаде, Японии и Австралии было уже около 140 млн. кооператоров.

Их доля в самодеятельном населении Англии состав-Лйлл около 25%, Франции, США и Японии — около 30, Финляндии, Швеции — свыше 50%.

В конце 70-х годов сельскохозяйственная кооперация приблизилась по числу членов к потребительской, а по объему хозяйственной деятельности значительно превзошла ее. В настоящее время сельскохозяйственные кооперативы капиталистических стран играют практически повсеместно существенную роль в производстве, сбыте и переработке продукции растениеводства и животноводства, в снабжении фермеров техникой, удобрениями, кормами, семенами, горюче-смазочными материалами, кредитами, рабочей силой. Сельскохозяйственные кооперативы охватывают своим обслуживанием от 70 до 95% фермеров капиталистических стран.

К концу 70-х годов доля кооперированных фермерских хозяйств в производстве зерна, молока, мяса, масла, вина, овощей и фруктов составляла от 20 до 80%, в их сбыте — от 10 до 90, в их переработке—от 10 до 50, в поставках фермерам предметов производственного назначения (техники, удобрений, кормов и т. д.) — от 20 до 70%. В то же время следует помнить, что в условиях капитализма сельскохозяйственная кооперация является коллективным капиталистическим учреждением и развивается в соответствии с экономическими законами капиталистической системы хозяйства. Союзы, коммерческие и кредитные учреждения сельскохозяйственных кооперативов тесно связаны с крупными акционерными кампаниями, банками, государственными организациями. Отношения сельскохозяйственной кооперации с крупным капиталом содержат два основных аспекта — экономический и социальный.

Монополии в капиталистических странах заинтересованы в крупных регулярных поставках стандартизованной сельскохозяйственной продукции для ее переработки на своих заводах. Они также заинтересованы в централизованном и по возможности гарантированном сбыте своих удобрений, сельхозмашин и т. д. Следовательно, с экономической стороны монополиям выгодно иметь дело с кооперативной организацией, способной централизованно поставлять им продукцию сотен тысяч сельских товаропроизводителей. Кроме того, деятельность кооперативов в известной мере способствует рационализации и модернизации сельскохозяйственного производства, что приводит к расширению рынка и росту спроса на оборудование для пищевой промышленности, технику, удобрения и другую промышленную продукцию, которую производят национальные и транснациональные корпорации.

Но в социальном плане монополии и буржуазное государство в лице сельскохозяйственной кооперации имеют дело с коллективным представителем фермерства. Сельскохозяйственная кооперация, хотя в ее руководстве преобладают представители крупных аграриев, вынуждена отстаивать некоторые общие интересы, затрагивающие всех фермеров, например цены на сельхозпродукцию, объемы се производства, условия сбыта и т. д. Поэтому история отношений сельскохозяйственной кооперации с крупным капиталом и буржуазным государством полна противоречий и конфликтов.

В целом сельскохозяйственная кооперация позволяет в известной мере ограничивать эксплуатацию фермеров монополиями, ускоряет накопление капитала и способствует перестройке сельскохозяйственного производства па промышленной основе.

В то же время сельскохозяйственная кооперация не может остановить присущего капитализму процесса вытеснения мелкого и среднего крестьянства и фермерства из сельскохозяйственного производства. Она объективно способствует укреплению крупных фермерских хозяйств.

Не случайно сельскохозяйственная кооперация пользуется, как правило, поддержкой буржуазного государства и в значительной мере контролируется им. Но несмотря на это, в последние годы в странах «Общего рынка», США, Японии сельскохозяйственные кооперативы все чаще вступают в конфликты с государственными органами, которые в угоду монополистическому капиталу пренебрегают интересами производителей тех или иных видов сельскохозяйственной продукции.

В настоящее время потребительская кооперация в капиталистических странах остается наиболее массовой организацией трудящихся из всех видов кооперации. В ее социальном составе по-прежнему преобладает рабочий класс. Потребительские кооперативы в капиталистических странах — крупные многоотраслевые хозяйственные организации. Они занимаются оптовой и розничной торговлей, производством, банковским делом, страхованием, предоставлением различных услуг, например туризмом, автосервисом, и т. д. Но главной отраслью остается розничная торговля. Ее доля в конце 70-х годов в общем товарообороте каждой страны была в Финляндии 31%, Швеции — 18, Дании — 13, Австрии — 12, Норвегии -11, Англии — 8, Италии, ФРГ, Франции —2—4%.

Довольно значительный уровень кооперативного товарооборота скандинавских стран и Австрии объясняется тем, что в этом районе монополии в сфере обслуживания не так сильны, как в Англии, ФРГ, Франции, где доля кооперативной торговли многие годы колеблется вокруг одного уровня или даже снижается. Так, с 1960 по 1978 г доля товарооборота потребительской кооперации в общем товарообороте сократилась в Англии — с 12 до 8%, в Бельгии — с 25 до 11%, в ФРГ и Франции оставалась в пределах — 3—4%. Уже в начале 70-х годов в Англии, ФРГ, Франции крупные капиталистические торговые объединения, «многофилиальные группы» и другие в 5 и более раз превосходили по объему торговой деятельности потребительскую кооперацию.

Но особенно большие трудности стала испытывать пищевая промышленность потребительской кооперации. Гигантские транснациональные концерны «Юнилевер», «Нестле», «Дженерал Фудз» и другие монополизировали производство многих продуктов питания. Обладая огромной финансовой мощью (например, ТНК «Нестле» имела в 1978 г. около 300 фабрик в 60 странах и эксплуатировала 140 тыс. рабочих и служащих), транснациональные концерны развернули широкое наступление на рынки продовольственных товаров, где потребительская кооперация традиционно занимала крупные позиции.

В 70-х и в начале 80-х годов конкурентная борьба кооперативного сектора с национальными и транснациональными корпорациями во многом определяла хозяйственную и социальную политику потребительской кооперации. Эта политика содержит следующие средства защиты кооперации от натиска транснациональных корпораций.

1. Форсирование концентрации структурных единиц и кооперативного капитала. Так, за последние 20 лет в результате слияния мелких и средних кооперативов их количество сократилось в Западной Европе более чем в 2 раза. В таких странах, как ФРГ, Швеция, Швейцария, кооперативные оптовые общества и кооперативные союзы образовали одну центральную национальную организацию. В Австрии с 1979 г. начал функционировать единый национальный потребительский кооператив «Конзум-Австрия», в который влились все потребительские кооперативы и их союзы в стране. «Конзум-Австрия» имеет более 750 тыс. членов. Еще более крупным является Лондонское потребительское общество, насчитывающее более 1 млн. членов.

2. Мобилизация собственных финансовых ресурсов.

Многие кооперативы повышают минимальный размер паевых взносов и увеличивают их число, прекращают выдачу дивидендов на руки и зачисляют их в счет паевых взносов или вкладов членов, выпускают облигации, образуют различные фонды сбережений.

3. Ускорение развития собственного производства, которое ослабляет зависимость кооперативной торговли от монополий и дает возможность влиять на ценообразование. В конце 70-х годов кооперативные союзы стран ЕЭС
имели более 500 промышленных предприятий с годовым объемом продукции на сумму свыше 2 млрд. долл. Отдельные крупные кооперативные предприятия в Англии, Австрии, Дании, Швеции и других странах не уступают в конкурентной борьбе крупным частным фирмам.

4. Расширение международного межкооперативного сотрудничества, которое осуществляется в рамках таких
международных экономических организаций, как ЕВРОКООП, ИНТЕРКООП, Скандинавское кооперативное оптовое общество, Международная кооперативная нефтяная ассоциация, Международный кооперативный банк и др. В 70-е годы национальные кооперативные союзы увеличивали свои вклады в деятельность вышеуказанных организаций, которые позволили снижать закупочные цены, изыскивать новые рынки, строить совместно крупные промышленные предприятия.

5. Активизация политической деятельности. В 70-х годах кооперативные организации Англии, Франции, Италии и других стран принимали активное участие и антимонополистической борьбе.

Злоупотребления монополий широко обсуждались на кооперативных конгрессах и в кооперативной печати, кооперативы отказывались продавать фальсифицированные товары, производимые монополиями, совместно с объединениями мелких розничных торговцев выступали против произвола крупных оптовых фирм. Национальные союзы потребительских кооперативов добивались от буржуазного государства предоставления им налоговых, кредитных, арендных и других льгот по сравнению с монополиями. И Англии потребительская кооперация добилась создания Агентства кооперативного развития, в Италии — льгот по финансированию кооперативного строительства. И хотя эти уступки были незначительны, они показали, что кооперативное движение капиталистических стран сможет отстоять свои позиции только путем активной борьбы монополиями.